Рубрики
Видео

Бывшему губернатору Тульской области грозит серьезное наказание

Бывшего губернатора обвиняют в подрыве доверия граждан к государству

В суде, который состоялся над бывшим губернатором Тульской области В. Дудкой, государственный обвинитель просит вынести наказание в виде лишения свободы на срок в 9,5 лет с отбыванием в колонии строго режима. По мнению прокурора, Дудка и Волков, возглавлявший департамент имущественных и земельных отношений, своим преступлением в виде получения взятки в размере 40 миллионов рублей, находясь при исполнении служебных обязанностей на государственной службе, тем самым оказали негативное влияние на формирование общественного мнения о государстве в целом.
Кроме лишения свободы прокурор считает, что Дудка должен выплатить штраф 900 тысяч рублей и лишиться орденов почета и звания почетного гражданина Тулы.
Бывший тульский губернатор на суде
Для его сообщника государственный обвинитель просит определить наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года и уплаты штрафа в размере 400 тысяч рублей. Более мягкое наказание, чем то, что прокурор считает необходимым назначить Дудке, обусловлено явкой с повинной, признание вины и оказание содействия следствию в раскрытии преступления.
Следствие считает, что за взятку в 40 миллионов рублей, была решена проблема выделения земельного участка корпорации «ГРИНН» для строительства гипермаркета.

Рубрики
Новости

Судебный процесс над парламентскими коррупционерами в Чехии спровоцировал политический кризис

У каждой страны свои скандалы, примеры неудачного ведения политики и судебные споры. По ним можно судить об уровне политической культуры, сложности протекания социально-экономических процессов, а также о среднем количестве дилетантов на тысячу человек населения.

Похоже, то поколение деятелей, ныне у руля, имеет проблему с беспрецедентным ростом численности непрофессионалов. Так оно по крайней мере видится в Чешской Республике. Судите сами.

Когда перед парламентскими выборами 2010 года в стране появилась новая политическая партия «Общественные дела» с молодыми лицами, которые еще не намозолили глаза, многие граждане радовались. «Наконец-то будет кого выбирать», — потирали руки над их программой. Новая партия ворвалась в высший законодательный орган со своими 24 депутатами и совместно с консервативной Гражданской демократической партией и центристской ВПТ 09 создала правящую коалицию.

Читайте также: избежала Чехия политического кризиса?

Это был потрясающий успех. Люди, еще вчера занимались политикой только за кружкой пива, за одну ночь получили возможность решать судьбу целого государства. Без элементарного опыта, полагаясь на совет разных «мудрствующих», они оказались вброшенными мельницу «высокой политики». С самого начала их стиль весьма напоминал поведение упорной и розпаньканои ребенка: «если не будет по-нашему, выйдем из коалиции и разобьем правительство». И это им удавалось, поскольку правые ГДП и ВПТ 09 в чешских условиях не могут себе позволить составить коалицию с левыми социал-демократами или даже — Боже, упаси! — Коммунистами. Это равнялось бы политическому самоубийству.

Сегодня уже известно, что проект развития политической партии «Общественные дела» задумывали как бизнес-план, целью которого было добиться политического влияния для постоянного увеличения прибыли некоторых субъектов предпринимательства. Этой задаче было подчинено все включая отношениями между однопартийцами. И что наконец для партии стало смертельным.

Возглавляет эту политсилу популярный телевизионный ведущий, сценарист и писатель Радек Йон, чьи авторские работы повлияли на целое нынешнее поколение среднего возраста. Люди наивно полагали, мол, если кто-то на телевизионном экране разоблачает политические злоупотребления, коррупцию и беззаконие, то и в политике он также бескомпромиссно стоять на тех же позициях. За три года оказалось, что Радек Йон, взявшись к новой деятельности, потерял не только ум, но и способность различать добро и зло. А это для литератора равносильно катастрофе.

Пожалуй, самой обсуждаемой политической фигурой является основатель «общественных дел» Вит Барта. Он не только создал партию и финансировал ее, но был настоящим проводником, без решения которого «и мышь не шевелилась». Выразительный наполеоновский стиль управления перенес в политику из своего агентства безопасности ABL, которая гарантировала ему миллионные прибыли. Навыки благоприятные, несомненно, для успеха в предпринимательстве, в политике, наоборот, могут означать роковой крах. Это сегодня знает наверняка и Вит Барта. Суд, пока в первой инстанции, условно обрек его на 18 месяцев заключения за взяточничество, не поверив заверениям обвиняемого, что речь шла лишь о ссудах коллегам-депутатам.

Весной 2011 года часть членов «общественных дел» заявила, что Барта пытался подкупить их, чтобы они способствовали его бизнесу и политическим планам. Скандал, имевший большой резонанс в обществе, заставил Барту в апреле прошлого подать в отставку с должности министра транспорта, а в июне полиция возбудила против него уголовное дело. Парламент в августе 2011-го лишил его и одного из фигурантов дела о подкупе Ярослава Шкарка депутатского иммунитета. В апреле 2012-го судебный процесс завершился обвинительными приговорами обоим: Барту приговорили к полутора годам заключения условно, а Шкарка, который взял у него взятку объемом € 7 тыс. и сообщил об этом только после огласки в СМИ, а следовательно, на мнению суда, действовал с целью личного обогащения, — к трем годам тюрьмы. Политическая коррупция вызвала возмущение общественности, которая вышла на многотысячные акции протеста, и правительственный кризис: партнеры по коалиции — Гражданская демократическая партия и ВПТ 09 — решили разорвать коалиционное соглашение, а «Общественные дела» раскололись. Однако парламент на днях все-таки выразил вотум доверия действующему кабинету.

Появление партии «Общественные дела» на политическом небосклоне была бенефисом безнравственности и дилетантизма, которые портят политический климат и человеческие отношения. Когда, например, на заре своей деятельности политсила выдала календарь с фотографиями ведущих женщин-политиков — полуобнаженных и в эротических позах, многие думал, что речь идет о новом стиле, другие это оправдывали неопытностью, а третьи судачили о красавицах в политике. И совсем мало кто говорил о необходимости нравственных ценностей, о необходимости политической практики и соответствующей квалификации, умение работать ради интересов общества, об основополагающих принципах межличностных отношений …

Прошло некоторое время, и соблазнительная женщина-политик из календаря по имени Кристина Кочи из «общественных дел» стала причиной скандала из-за прослушивания телефонных звонков в спальне и на конфиденциальных партийных заседаниях. Уже разглашены его высказывания во время этих бесед, слыша которые покраснел бы бывалый моряк. К общественности стало доходить, что тут что-то не так, а многим избирателям стало стыдно за своих политиков — как мужчин, так и женщин. Один пражский театр начал ставить пьесы по мотивам скандалов партии «Общественные дела» и сразу убедился, что обеспечил себе полный зрительный зал на много спектаклей вперед. Бульварная пресса утверждает, что «Общественные дела» — это действительно организация, которая конкурирует с эстрадными артистами, но никак не политическая партия. Я мог бы продолжать список этих разочарований, выражая далее свой скепсис, но речь не об этом.

Речь идет о несколько больше. Общественность чему-то научилась? Электорат созрел к большей ответственности во время голосования? Есть из чего выбирать?

Думаю, как и раньше, не ошибается пословица: каждый народ имеет то правительство, которого заслуживает. Современному правящему кабинету Петра Нечаса повезло уже не впервые удержаться у власти, когда парламент Чешской Республики выразил ему доверие при помощи голосов депутатов, которые покинули корабль или скорее подводную лодку, тонущую, партии «Общественные дела».

Чешское общество выходит из кризиса, чего научившись. Нельзя возлагать все на одних политиков, потому что нет гарантий, что они на своем ремесле разбираются. Нельзя, чтобы кто-то, собрав кучу миллионов, влиял на судьбу и будущее народа посредством мошеннических и аморальных методов. Нельзя, чтобы преступники прикрывались дилетантством, а дилетанты — политики. Непрофессионалы не принесут успеха государстве.

Рубрики
Политика

Системные кризисы управляемой демократии

Чрезмерно управляемая демократия- гибридная система. В основе собственной она не является демократичной. Однако она так или иначе представляет собою достаточно трудно устроенный механизм, все части которого выполняют функциональную, а не чисто декоративную роль. В этой статье мы поведаем об особенностях функционирования этой системы (ЧУД) и ее связи с обществом.

Внутрисистемные кризисы

Такая система вырабатывает масштабные внутрисистемные кризисы. При отсутствии четких встроенных механизмов согласования интересов и действий отдельных элитных кланов и корпораций, неэффективности или отсутствии механизмов «защиты от дурака» и контроля за качеством принимаемых решений некоторые элементы системы, действуя в своих узко понимаемых интересах, способны провоцировать кризисы.

Кризисы эти в условиях сверхцентрализации и отсутствия автоматически срабатывающих систем защиты наподобие иммунной системы организма имеют тенденцию беспрепятственно развиваться какое-то время и охватывать систему в целом, а после требуют экстраординарных мер по устранения последствий. Большая часть кризисов последнего времени- от более масштабных, связанных с монетизацией льгот и реформой ЖКХ, до более локальных, вроде попыток введения системы контроля за алкогольным рынком ЕГАИС в 2007 г., Владивостока-2009 или Калининграда-2010- рукотворны и имманентны для системы. Это не сбои в ее работе- продукты самой ее работы.

Контроль за аппаратом

Система внутривластного контроля неэффективна. Сочетание в ЧУД элементов командной системы с псевдодемократическими обусловливает необходимость в огромном, трудно организованном блоке внутреннего контроля. Он призван восполнить отсутствие транспарентности действий власти и реального общественного контроля за ними, хотя не способен устранить чрезмерную коррупцию или как минимум сдержать ее рост.

Тотальный контроль нужен для того, чтоб воспрепятствовать элите среднего уровня применять предоставляемые системой возможности в интересах своих собственных, а не системы в целом. Мощный и увеличивающийся в размерах контролирующий блок, который призван компенсировать уменьшающиеся публичность и прозрачность, лежит на системе тяжелым бременем и делает ее еще меньше гибкой. При этом он оттягивает колоссальные ресурсы, подрывая и без того падающую эффективность системы.

Внутриэлитные конфликты

Чрезмерно управляемая демократия, ориентированная на лидера как на верховного судьи и не имеющая действенных механизмов разрешения конфликтов м/у основными составляющими ее кланами и группами элиты, является внутренне очень конфликтной. Конфликты в ней имманентны. Это конфликты не поступательного движенья, а движенья по кругу. Не конфликты развития, а поддержания относительной устойчивости системы. Они не разрешаются, а всегда воспроизводятся и не ведут к совершенствованию системы, а служат механизмом сохранения баланса сил м/у основными кланами.

Конфликты м/у кланами и группировками внутри элиты принимают форму конфликтов м/у отдельными властными структурами и корпорациями. Действия самой власти по решению конфликтов приводят к тому, что конфликты купируются, однако не служат источником саморазвития системы.

С реализацией схемы «передачи власти» произошла не просто интенсификация конфликтов и превращение их в более публичные и острые, однако сдвиг по фазе: от конфликтов насчет принимаемых решений к конфликтам насчет односторонних действий отдельных элитных групп, которые не согласованы с другими элитными группами. Ослабление президента в ситуации отсутствия институтов делает все меньше возможным удержание конфликтов под внешним контролем.

Ставка на патернализм

Патерналистская модель во взаимоотношениях с обществом- важная часть формулы ЧУД. В терминах социального договора ее возможно трактовать как невмешательство государства в частную жизнь и обеспечение постоянного роста благосостояния граждан в обмен на невмешательство граждан в «жизнь государства», будь то создание ветвей власти или контроль за их деятельностью. Последнее вероятно еще и посему, что у граждан России нет привычки налогоплательщика контролировать расходование уплаченных в бюджет денег. Да и откуда ему возникнуть, когда основную часть доходов бюджета составляет далеко не плоский подоходный налог.

Открытость системы на выход, когда государство, в отличие от советского, буквально с готовностью позволяет всем недовольным, не видящим возможность самореализации в подобной системе, уезжать за границу и поощряет «внутреннюю эмиграцию», жестко пресекая демонстрации коллективного негодования,- обязательное условие сбрасывания парочка в системе.

Это в известной мере результат близорукости системы, ее неспособности смотреть и действовать более, чем на шаг вперед.

Выборы

ЧУД на выборах- гарантированный выигрыш на короткую перспективу и гарантированный проигрыш- на длинную. На выборах ЧУД выступает в максимально сложном и технически совершенном виде. Механизм ее действия включает усложненное законодательство с крупным количеством жестких требований, позволяющих находить нарушения у любого участника выборов; запретительно высокие пороги участия (в частности цену входа и многочисленные барьеры); выбраковку кандидатов, осуществляемую путем административного вмешательства; твердый контроль за доступом к медиа- и финансовым ресурсам; широкое применение административного ресурса на всех стадиях.

Региональная и федеральная власть выступают одновременно в некоторого количества ролях: устанавливающего правила игры, игрока и контролера. Т.о. на самом деле возможно избежать победы на выборах неудобных для власти кандидатов, однако одновременно выборы перестают играть важную, в частности для власти, системообразующую роль. Стратегическая устойчивость системы приносится в жертву мелким тактическим целям и удобствам.

В условиях сравнительно свободного голосования выборы представляют собою трудно организованную систему, где все элементы взаимосвязаны и где нельзя произвольно изменять одни, не рискуя повлиять на иные. Попытки вмешательства в выборы, включая выбраковку неугодных власти кандидатов, вызывают в обществе отрицательную реакцию, принимающую различные формы- системную и несистемную. Кпервой относится абсентеизм, негативизм и голосование за протестные силы, ко II-й- выплеск протеста на улицу.

Падает и общественное доверие к выборам как институту. Не обращая внимания на системный протест и жестко подавляя несистемный, снимая из соображений собственного комфорта требуемый порог участия, отказываясь от опции «против всех» и др., власть может сделать на некоторое время видимость благополучия, однако никак не избежать снижения эффективности в условиях сокращения публичной конкуренции и уровня своей легитимности.

Неучастие в политике и антисистемная оппозиция

ЧУД- система с низким и снижающимся участием граждан. Впроцессе собственного функционирования она отсекает от участия все новые социальные группы и политические силы, что не только лишь сказывается на ее легитимности и эффективности, но еще и преобразует действующую и потенциальную системную оппозицию в антисистемную.

Не опираясь на реальную поддержку широких общественных слоев, а только эксплуатируя их пассивность и безучастность, система сама закладывает под себя фугас и прилаживает к нему взрыватель, формируя т.о. собственного могильщика в лице выдавленных с политической сцены политиков и общественных масс, отстраненных от участия в ходе принятия решений, чьи интересы окажутся затронуты и ущемлены, как только после окончания активной фазы кризиса система перейдет от бездействия к действию.

Рубрики
Политика

Чрезмерно управляемая демократия Владимира Путина

Система «чрезмерно управляемой демократии», как и любая иная долговременная система, представляет собою закономерный конец политической эволюции. Корни массы ее элементов могут быть прослежены в ельцинском периоде и ранее. Дело, хотя, в том, что ельцинская система послужила «подвоем», на который была привита «чекистская компонента», ставшая вдруг из отдельной ветви государственного дерева ее основным стволом.

Управленческое упрощенчество

Предлагаемые властью решения не соответствуют сложности стоящих задач. Имеющиеся управленческие механизмы слишком примитивны и однозначны в сравнении с объектом, на управление которым претендуют. Разделение властей по горизонтали и вертикали — модель сложная. Его отсутствие с подчинением всех ветвей и уровней власти единому центру представляется схемой более действенной и простой. При игре «вкороткую», если горизонт планирования ограничен парой шагов, она таковой и является. Однако уже на III-м шаге появляются трудности, которых становится все более и более.

Попытки управленческого редукционизма, нахождения простых ответов на сложные вопросы, черно-беловатого видения ситуации и действий в логике игры с нулевой суммой далеко не безобидны. Побочные эффекты, в особенности долгосрочные, могут значительно перевешивать прямой желаемый результат. Управление из единого центра, без учета региональной специфики может приводить в различных регионах к противоположным результатам.

За примерами примитивных и неэффективных решений далеко ходить не нужно. Это и выборы (отмена голосования против всех, снижение и отмена порога участия, отмена выборов вообще), и кадровый запас, и госкорпорации, и модернизация по лекалам сталинско-бериевских атомного и космического проектов…

Централизация и унитаризм

Федерализм называют демократией в пространстве. Эффективное управление такой гигантской страной, как РФ, из единого центра с жестким подчинением ему на местах нереально. И в силу сложного территориально-государственного устройства страны, и в силу этно-исторических, политико-культурных и других особенностей пространственной структуры русского общества.

Так или иначе активные попытки подобного рода с восстановлением, по сути, Госплана в экономике и ЦК КПСС в политике всегда предпринимаются. Федерализм с принципом субсидиарности — модель достаточно сложная, однако адекватная российским условиям с их колоссальным региональным разнообразием. Централизованный унитаризм с вертикалью власти выглядит немало легче.

В РФ сегодня 83 субъекта Федерации — на 6 менее, чем это было несколько лет тому назад. Принципиально, хотя, это мало что изменило, и управленческая кратность при модели жесткой субординации остается чрезмерной. Введение дополнительного этажа в виде федеральных округов отчасти решает эту проблему, однако удлиняя субординационную цепочку, делает систему еще меньше гибкой. Укрупнение регионов, решая одни трудности, порождает иные. Нет альтернативы передаче настоящих полномочий и необходимой для их выполнения финансовой базы вниз: из центра на региональный уровень, оттуда — на городской.

Демонтаж механизмов «защиты от дурака»

Встроенные механизмы подобного рода нужны любой сложной системе. Они предохраняют ее от неосторожных воздействий изнутри, гарантируют безопасность системы и тех, кто пробует на нее действовать. Однако в рамках очень управляемой демократии были последовательно разрушены или значительно ослаблены следующие механизмы защиты:

— независимые СМИ;

— парламент как механизм учета интересов главных социально-экономических, региональных и др. групп, как площадка для социальных дискуссий;

— сравнительно свободные выборы с общенациональной повесткой и референдумы как возможность прямого выражения обществом собственной воли;

— прямо избираемые губернаторы;

— НКО как независимые источники информации и нарушители спокойствия властей;

— представители центра на местах и регионов — в центре, обладающие двойной лояльностью: федеральной и региональной.

В итоге вся система оказалась почти лишена действенных механизмов «защиты от дурака», отсекающих или блокирующих действия представителей власти, которые могут значительно навредить им самим и системе в целом. Это резко увеличивает цену любых управленческих ошибок и делает неизбежными кризисы, чреватые самыми серьезными последствиями, вплоть до частичного или полного разрушения системы.

Нерешительность

Импотенция созданной системы максимально очевидна в отношении принятия решений. В силу отсутствия качественной экспертно-аналитической базы для выработки решений и действенных механизмов согласования интересов, решения принимаются с трудом или не принимаются вовсе. Решения далеки от оптимальных даже с позиций государства и политической системы, не говоря уж об обществе. Объявленные властью решения нередко не являются окончательными и или ревизуются, или отодвигаются на будущее, или не выполняются вовсе. Чрезмерная централизация и забюрократизированность системы ведут к подавлению инициативы на всех уровнях, выстраиванию любой раз длинных и долгих субординационных цепочек, перегруженности центра.

Очень управляемая демократия лишена встроенных механизмов саморегуляции и саморазвития. Она не является ни самодостаточной, ни способной к самовоспроизводству. Система внутренней организации власти и отношений власти с обществом статична. Она ориентирована не на развитие, а на удержание власти, и носит не наступательный, а оборонительный и частично эвакуационный характер.

Власть в ней является принципиально не консолидируемой, не способной проводить общесистемные интересы, а лишь личные и корпоративно-клановые. Общество, отстраненное от участия в принятии и реализации решений, пассивно и инертно; не мешает власти заниматься ее своими проблемами и не может служить опорой при движеньи вперед. Общественная мобилизация для решения важных для страны задач, реализуемых властью, в подобной ситуации невозможна.

Без стратегии

Одной из основных системных проблем созданной системы — ее близорукость, короткий горизонт планирования. Длинные инвестиции (к примеру, модернизация) в подобной системе не являются рациональным поведением игроков. Нерациональны инвестиции и в репутацию. В подобной системе нет места стратегиям — лишь цепочкам из однозвенных тактических шагов. Планирование производится только на шаг вперед.

Частично это связано с ограниченным числом людей, принимающих решения, и наличием у каждого из них запасной стратегии выхода. Это не просто «ржавеющий «Титаник» или галера, но еще и вертолет на верхней палубе, который не даст капитану и его помощникам утонуть вместе с кораблем. Игра «вкороткую» и психология вахтовиков-временщиков, типичные для федерального уровня, в последнее время активно насаждаются на региональном и городском уровнях.

Без стратегии систему объединяет только бюрократическая субординация. В функциональном плане она распадается на элементарные блоки, любой из которых действует в своих интересах. Ни осознания, ни носителей общего интереса нет.

Неспособность к эволюции

Политическая система, основанная не столько на балансе институтов, сколько на персоне стоящего на самом верху, потенциально весьма нестабильна. Политический риск дестабилизации неоднократно возрастает в миг передачи власти, когда система, подобно теряющему завод волчку, способна на резкие импульсивные движенья. Передача власти в подобных условиях нормальным демократическим образом и в срок принципиально невозможна и обязана осуществляться скорее как дворцовый переворот с неизбежными после него и вполне болезненными кадровыми чистками и переделом власти и собственности на всех этажах. Смена власти, какой бы формальной она ни была, в условиях персоналистского режима обозначает автоматический выход из строя массы субститутов, завязанных на I-е лицо, и чревата по этой причине серьезной дестабилизацией.

Отсюда нужно принципиальная неспособность системы к эволюции. Вариант ее развития — ч/з цепочку кризисов, любой из которых недостаточно силен, чтоб разрушить систему, однако довольно силен, чтоб побудить ее к трансформации. Внутренних, встроенных механизмов саморазвития система лишена.

Немало и справедливо сообщается о ручном управлении. К несчастью, иного не может оказаться в принципе, когда система, как конвейер, приспособлена к разрешению только определенного набора стандартных задач. Столкнувшись с нестандартной, система впадает в ступор.

Рубрики
Политика

Управляемая демократия Владимира Путина

Чрезмерно управляемая демократия по Владимира Путину это сильная личная власть лидера, не ограниченная институтами + манипулирование общественным сознанием при помощи СМИ + контролируемые выборы. Построенная при Путине система чрезмерно управляемой демократии — сложная эшелонированная политическая конструкция, дающая возможность власти не быть подотчетной и подконтрольной обществу при сохранении видимости демократических процедур. 3-мя встроенными в нее уровнями контроля являются: 1) контроль над акторами; 2) контроль над институтами; 3) контроль над правилами игры.

3-мя китами, на которых стоит путинская ЧУД являются: а) мощный институт личной власти (сейчас уже не президентской, а премьерско-партийной), гипертрофированно развитый за счет ослабленных или выродившихся прочих институтов и акторов; б) твердый контроль над СМИ с формированием нужного общественного мнения при помощи дозирования, отбора и «правильной» подачи информации; в) контролируемые выборы, применяемые только как инструмент легитимации решений, принимаемых властью.

Грядки прорежены

Демократические институты ослабляются и вырождаются. Ключевым условием образования ЧУД стало ослабление всех демократических институтов, сопровождавшее усиление власти президента, включая парламент и политические партии, судебную власть, бизнес, региональные элиты.

Максимально многоступенчатым и наглядным этот процесс был в отношении политических партий. Сперва они были посажены на короткий поводок — административный и финансовый. После в итоге политической инженерии возникло большое число новых, целиком контролируемых Кремлем партий. Наконец, ряд новых партий были объединены в более большие проекты с одновременным административным прореживанием «политической грядки» и вытеснением с политической сцены или ликвидацией старых партий. Официально существующие теперь 7 политических партий представляют собою, по большей части, электоральные и имиджевые проекты, необходимые Кремлю для получения контроля над парламентами — федеральным и региональными.

Примененная в отношении политических партий тактика (будучи весьма действенной с утилитарной позиции осуществления контроля над парламентом) разрушительна в отношении главных функций, которые призваны исполнять партии в демократическом обществе. Она включает обеспечение 1) обратной и прямой связи м/у властями и обществом; 2) конкуренции людей и идей; 3) баланса интересов главных общественных групп при принятии решений; 4) массовой помощи действий власти; 5) канализации социальной активности в парламентское русло и др.

Субституты

Демократические институты заменяются собственными субститутами. Они оказываются не в состоянии полностью исполнять свои функции и постепенно вытесняются субститутами, которые не обладают своей легитимностью и целиком зависят от лидера. В качестве субститутов выступают Госсовет и практически 1,5 10-ка консультативных советов при президенте, Совет безопасности, Общественная палата, полпреды президента в федеральных округах и их администрации, общественные приемные. Все они плохи не вообще, а в ситуации, когда от них требуется играть самостоятельную роль.

В отличие от институтов субституты не могут служить каркасом системы, структурировать ее, обеспечивать стабильность и воспроизводство. Это скорее приводные ремни, дающие лидеру контроль над основными сферами жизни общества. Однако кроме лидера не имеющие почти никакого смысла. Важно, что в критические моменты, как, к примеру, при ослаблении президента в миг передачи власти или, скажем, падения рейтинга, подпорки в виде субститутов теряют жесткость, а с ней и способность служить функциональной заменой институтам.

Вертикали и горизонтали

Для ЧУД в легальном пространстве характерно гипертрофированное развитие вертикальных и недоразвитость горизонтальных элементов управленческого каркаса и системы в целом. Характерно ведомственно-корпоративное (отраслевое) и территориальное управление. Вертикализация с ослаблением взаимодействия и координации, осуществляемых чуть ли не лишь на самом верху. К этому привело выстраивание вертикалей власти с единым и единственным их центром при одновременном ослаблении институтов.

Есть, хотя, и меньше формальные сетевые структуры (это иерархизированные сети, имеющие форму пирамид), будь то «чекисты» в самом широком смысле или «питерские чекисты» в более узком. Они, а не персонально глава, производят властные функции, отнятые у институтов.

Когда говорят, что страна управляется не столько правительством, сколько «путинским политбюро», то имеют в виду как раз сетевую структуру, состоящую из ключевых узлов общенациональной сети и узлов ключевых корпоративных сетей. Эта сетевая структура, а не официальное правительство и тем паче не парламент принимает важнейшие для страны решения.

Примитивизация архитектоники государства

Государство в системе ЧУД большое и при этом слабое. Ранее его архитектонику составляли 2 основных интегрирующих элемента: партийно-административный, основной, и чекистский, не дававший ему монополизировать власть и «приватизировать» ее, применять вопреки интересам системы. Сейчас I оказался целиком подчинен второму.

Фактическая ликвидация одного из 2-х несущих стержней ведет к ослаблению конструкции в целом и резкому ослаблению внешнего контроля за соблюдением правил, в особенности опасному в силу правового релятивизма «чекистской» вертикали. Внутренние корпоративные нормы и правила специфической части государственной машины все более становятся правилами для всей машины.

С идущим ослаблением регионов важность этого конструктивного недостатка системы, проявляющегося сейчас на всех иерархических уровнях, усиливается.

Механистичность системы

В подобной системе отсутствует гибкость и адаптивность. Вся конструкция власти, любой элемент которой крепится напрямую к тандему, является очень механистичной и жесткой. Не имея внутри себя сравнительно самостоятельных подцентров, обладающих некоторой свободой маневра, равно как и системы сдержек и противовесов, она требует постоянного ручного управления и подстройки, также осуществляемой в ручном режиме.

Эта конструкция, в силу того, что ее центр тяжести располагается на самом верху, потенциально вполне неустойчива и по отношению к внешним воздействиям, и по отношению к внутренним деформациям. Система в целом является очень сложной, однако это сложность не организма, а механической конструкции, почти не способной ни к саморазвитию, ни к саморегулированию.

Нефтяная игла

Падающая эффективность ЧУД компенсируется нефтедолларами. Как могло получиться, что неэффективные или вовсе неработоспособные механизмы и инструменты, входящие в арсенал ЧУД, сохраняются на протяжении настолько долгого времени? Причина в колоссальных, «свалившихся» на страну нефтяных доходах, которые позволяют оплачивать неэффективность и не спешить с экономическими и прочими реформами. ЧУД в силу собственной управленческой неэффективности очень ресурсоемка, при этом ресурсоемкость эта растет. Нужное условие создания и поддержания ЧУД, так, не просто высокие, однако растущие доходы от продажи сырьевых ресурсов: нефти, газа, металлов.

Стараясь, и не безрезультатно, избежать «голландской болезни» в экономике, страна заполучила свою — российскую или даже советскую еще болезнь в политике и организации власти, когда на «нефтяную иглу» садится политическое устройство, губительная эволюция которого может продолжаться так долго, насколько экономические доходы могут покрывать растущие политические издержки.